Содержание:

Писатель


орил коня, направляя его к приметному валуну, возле которого стало так жарко. Он успел схватить под уздцы серого скакуна Агатияра и вытащить старого визиря из самой гущи сражения.
– Мальчик мой! Зу! Мальчик мой! – кричал Агатияр, простирая руки к Лахаталу. – Спаси его!
– Не волнуйся, – крикнул владыка Арнемвенда, врубаясь в толпу наседающих на ЗуЛКарнайна воинов Тьмы.
В его разгоряченной голове бродили всего лишь обрывки мыслей. Если ктонибудь сложил бы их в единое целое, то узнал бы, что Змеебог пребывает в полном недоумении. Он никогда не любил императора. Не мог простить ему неповиновения и, хотя это до сих пор оставалось тайной для него самого, ужасно ревновал Каэтану к своему счастливому сопернику. Удачливый, молодой, прекрасный аита, похожий на него как близнец, не внушал ему симпатии – только интерес, только недовольство его независимостью и смелостью. И вдруг Джоу Лахатал испугался, что с аитой случится несчастье, а он так и не успел поговорить с ним. Это было тем более удивительно, что во время сражений такие мысли никого не посещают. Ни такие, ни другие – некогда, не до того. Тем не менее Змеебог чувствовал себя так, словно мог погибнуть самый родной, самый близкий ему человек.
Он не знал, что иные вещи накапливаются годами и десятилетиями, чтобы вдруг, внезапно обрушиться на душу океанской волной. Джоу Лахатал – прекрасный и надменный бог, владыка Арнемвенда, презиравший людей и считавший их жалкими и слабыми, внезапно понял, что он одержим любовью. Он любит этот мир, любит всех, кто его населяет и кто подвластен ему, любит Кахатанну и дорожит жизнью фаррского аиты так, как если бы это был его брат. В сущности, эта мысль промелькнула в его мозгу молнией, и он даже не успел ее заметить.
В тот момент, когда гигантский ком черного пламени, вырвавшийся из пространства Мелькарта, понесся прямо на ЗуЛКарнайна, другой воин в столь же белых и сияющих доспехах, в таком же алом плаще закрыл его своим телом.
Отчаянно закричал Агатияр, многоголосый крик вырвался из глоток тех, кто попался на пути этого смертельного сгустка тьмы. И воины ЭрСоготоха, и лурды, и монстры, и тхаухуды, и сангасои – несколько десятков окровавленных, изувеченных, обугленных тел остались лежать неподвижно. Ктото еще хрипел и стонал, умоляя добить, чтобы не длить мучения.
Каэтана не видела этого кошмара. Она и Траэтаона стояли спина к спине с обступившими их лурдами Баяндая и Мадурая. Возможно, увидев этот бой, унгаратты более никогда не решились бы заявлять, что их рыцари могут сравниться с Богиней Истины.
– Черный огонь! – крикнул над их головами гаМавет, вынырнувший словно изпод земли. – Если увидите черное пламя, спасайтесь – это гибель!!!
Император остался цел. Он выбрался изпод неимоверно тяжелого тела своего коня, опираясь на меч, выпрямился. Огляделся по сторонам. К нему бежали враги, но они были еще довольно далеко, и он остановился, глотая воздух. Тут взгляд его упа

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51