Содержание:

Кинодрама


жественно произнес Хорин. – Вне всякого сомнения, злостный некромант и чернокнижник, жалкие останки коего вы можете лицезреть воон на том троне.
Все присутствующие, включая Шаха, дружно посмотрели на вышеупомянутый трон, после чего не менее дружно перевели взгляд обратно на Хорина.
– И что же с ним приключилось? – осведомился Варравик, приглаживая правый ус ногтем большого пальца.
– Мы! – с гордостью сказал Хорин.
Взгляд, которым бывший легат окинул друзей после этих слов, не понравился Шаху настолько, что тот начал было вновь поднимать меч – но, как оказалось, этот жест несколько запоздал.
– Взять их! – скомандовал стражник, поворачиваясь к своим людям.
При этих словах стоявший напротив героя тип с воспаленной левой щекой резко взмахнул рукой. Дюймовый металлический шарик, коротко просвистев в воздухе, угодил точно в центр расплывавшейся посреди лба Шаха огромной шишки – и вырвавшийся оттуда сноп ярчайших искр был последним, что успел увидеть герой.
Очнулся Шах оттого, что ктото осторожно возложил на его пышущий жаром лоб смоченную прохладной водой тряпицу. Пальцы, коснувшиеся при этом его щеки, были очень тонкими… и нежными.
– Тека? – простонал Шах, приоткрывая один глаз. На количество получаемого им света это действие не произвело ровным счетом никакого эффекта. – Ты пришла…
– Боюсь, мой друг, – сообщила темнота над головой героя хорошо знакомым ему насмешливым голосом, – тебе все же придется удовольствоваться обществом другого представителя семейства Лагорио.
– Хорин? Какого орка… где мы?
– Единственный ответ, которым я располагаю в данный момент, – отозвался имперец, – боюсь, не очень понравится тебе, ибо звучит он следующим образом: в камере.
– В камере?!
– Конечно, я могу и ошибаться, – продолжил Хорин, – поскольку до сих пор мне не приходилось бывать в подобных местах… даже по другую сторону решетки. Но все же именно определение “тюремная камера” кажется мне наиболее подходящим для данного места.
– Ктрегуруп!
Шах осторожно открыл второй глаз. Видимо, он оказался менее пострадавшим, поскольку сумел различить слабые лучики света, сочившиеся из узкой бойницы под потолком, и подсвеченную ими окружающую обстановку.
С явной неохотой он признал, что имперец был прав – назвать узкий каменный мешок, единственное убранство которого составляла охапка гнилой соломы, а вход надежно перегораживала массивная железная решетка, иначе, чем тюремной камерой, было затруднительно. Конечно, камера на камеру не приходится – Шах припомнил свою первую камеру в хамилогской городской башне и не сумел сдержать тоскливого вздоха.
– Знаю, что больно. – Хорин неверно истолковал изданный Шахом звук. – Если тебя утешит, могу сообщить, что ты отделался относительно легко – тебя почти что и не били. Так, попинали слегка…
При этих словах Шах попытался сфокусировать взгляд на своем товарище по за

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52