Содержание:

Кинодрама


кучился по родному Запустенью, а, малыш?
– Ага, – кивнул Шах, вертя головой. – Вроде того.
Он с удивлением обнаружил, что и впрямь соскучился по толчее на узеньких – и, само собой, немощеных – улочках, толпам людей и нелюди… особенно последних, которых в Забугорной почти что и не попадалось ему на глаза… разноязыкому говору, воплям и грохоту, доносящемуся из распахнутых и болтающихся на последней петле дверей ближайшей таверны.
– Дома, – сказал герой, расправляя плечи, – оно все же както привычнее. Даже небо, и то… к земле ближе, что ли. Да и остальное… цвета там всякие… звуки…
– Гляди, – сказал Шон, вытягивая шею, – толпа собирается. И уже когото несут.
Толпа, впрочем, и впрямь едва начала собираться – в ней можно было насчитать голов двести от силы, а потому Шах, потратив пять минут и раздав три дюжины тумаков, сумел пробиться в первый ряд, отделавшись всегонавсего порванным на локте рукавом.
– Чего стряслосьто? – спросил он у стоящего рядом худощавого парня. Судя по затейливой, вишневого цвета шапчонке с белым пером и судорожно сжимаемой в руках лютне, тот имел счастье принадлежать к малопочтенному цеху трубадуров.
– Гы, – отозвался тот. – Много чего. Сортир видишь?
– Ну. – Шах оглядел указанный предмет, находящийся, правда, в несколько непривычном – горизонтальном – положении в сажени от выгребной ямы, над которой, по всей видимости, он был воздвигнут по первоначальному проекту. Вокруг ямы стояли четверо с длинными баграми в руках, которыми они старательно пытались подцепить нечто в глубине вышеупомянутой ямы. Получалось это у них не очень успешно, поскольку орудовать им приходилось одной рукой – второй они старательно зажимали носы.
– В етом самом сортире… – Трубадур на миг отвлекся, быстро развернувшись назад, и со словами “куды прешь, зараза!” ловко двинул стоящего за ним толстяка в пекарском колпаке локтем в переносицу.
– Так вот, – продолжил он, поворачиваясь обратно к Шаху. – В етом самом сортире четверть часа назад магичка… воон та, рыжая, в синем платье… уронила, сам понимаш куда, какойто очень нужный ей амулет. За который немедленно, не сходя… ну, или почти не сходя с места, пообещала целых пятнадцать сребреников.
– Большие деньги.
– Для кого как. Во всяком случае желающие нырнуть за них в дерьмо отыскались немедля. Двое. – Трубадур желчно усмехнулся. – Одного уже унесли… вполне бездыханного, а второго как раз пытаются подцепить баграми.
– А этот? – Шах указал на неподвижно лежащее у забора тело.
– Этот пытался вытащить первых двух, – пояснил трубадур. – Ну и… тоже того. Правда, про него магичка сказала, что еще может оклематься.
– Чтото не нравится мне здесь, – неожиданно сказал Шон, глядя на яму – Даже не могу толком сказать что, но не нравится.
– Может, запах? – шепотом предположил Шах.
– Издеваешься, да? – обернулся к нему Шон. – Да, обычных запахов я не

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52