Содержание:

Гости


мутили древние воды мерзостью отходов. И так было
до тех пор, пока Трехпланетный договор не запретил разрушение древних руин
во благо коммерции; но половина стройных сказочных башен была срыта, а
оставшиеся приспособлены под герметические жилища землян.
А Райслинг так и не увидел этих перемен, и никто не сказал ему о них;
когда он вновь "увидел" Марсополис, он представил его прежним, таким,
каким город был до того, как его рационализировали для бизнеса. Память у
Райслинга была хорошей. Он стоял на прибрежной эспланаде, где предавались
праздному покою великие Марсианской Древности, и видел, как красота
эспланады разворачивается перед его слепыми глазами - льдисто-голубая
равнина воды, не движимая прибоем, не тронутая бризом, безмятежно
отражающая резкие яркие звезды марсианского неба, а за водой - кружево
опор и летящие башни гения, слишком нежного для нашей громыхающей, тяжелой
планеты.
В результате возник "Большой канал".
Неуловимая перемена в миропонимании, давшая ему возможность видеть
красоту Марсополиса - где красоты больше не было, - повлияла не всю его
жизнь. Все женщины стали для него прекрасными. Он знал их по голосам и
подгонял внешность под звук. Ведь гадок душой тот, кто заговорит со слепым
иначе, чем ласково и дружелюбно; сварливые брюзги, не дающие мира мужьям,
даже те просветляли голоса для Райслинга.
Это населяло его мир красивыми женщинами и милосердными мужчинами.
"Прохождение темной звезды", "Волосы Вероники", "Смертельная песня
вудсовского кольта" и прочие любовные баллады были прямым следствием того,
что его помыслы не были запятнаны липовыми мишурными истинами. Это делало
его пробы зрелыми, превращало вирши в стихи, а иногда даже в поэзию.
Теперь у него была масса времени для размышлений, времени, чтобы
точнее подбирать слова и трепать стихи до тех пор, пока они как следуют не
споются у него в голове. Монотонный ритм "Реактивной песни" пришел к нему
не когда он сам был джетменом, а позже, когда он путешествовал на попутках
с Марса на Венеру и просиживал вахту со старым корабельным товарищем.
Когда все чисто, сдан отчет, вопросов больше нет,
Когда задраен шлюз, когда нам дан зеленый свет,
Зарплата - в норме, Бог - в душе, дорога - в никуда,
Когда кивает капитан, и грянул взлет, тогда
Верь двигателям!
Слушай рев,
Познай крушенье основ.
Почуй на твердой койке,
Что потроха все - в стойке,
Познай безумной дрожи власть,
Познай ракеты боль и страсть.
Познай экстаз ее! Отпад!
Стальные конусы торчат,
В них - двигатели!
В барах Венусбурга он пел новые пес

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54